Священномученик Алексий Сибирский, пресвитер Козловский

— Расскажите, обвиняемый Сибирский, об антисоветских разговорах, имевших место у вас в доме 4 июня сего года.

— 4 июня сего года по новому стилю по случаю именин моей жены, Ольги Павловны Сибирской, были приглашены в гости священник Михаил Иванович Муравьев, благочинный Митрофан Иванович Орлов и священник Михаил Петрович Соколов.

— Часто ли ходил Муравьев в село Скирки Максатихинского района и зачем именно он туда ходил?

— Мне известен один факт, когда Муравьев ходил в село Скирки. Это было примерно в июне месяце сего года, когда Муравьев, придя из села Скирки, говорил мне, что его приглашают обратно на приход в церковь села Скирки, но он отказался, не сказав причины отказа.

— Расскажите об антисоветском разговоре, имевшем место между вами и Муравьевым по приходе последнего из села Скирки.

— Таких разговоров со стороны Муравьева я не припоминаю.

— А вы часто бывали в селе Скирки?

— После революции я не был ни разу.

— Расскажите, обвиняемый Сибирский, давно ли вы знакомы с Нарциссовым?

— Со священником Нарциссовым я познакомился в июне 1936 года, когда он приходил ко мне в Козлово как к благочинному в поисках места священника. Я Нарциссову порекомендовал идти в село Раменье Спировского района, где имелось свободное место священника. В селе Раменье Нарциссова не зарегистрировали, таким образом, он ушел и ко мне больше не заходил.

— Когда вы встречались с Нарциссовым за последнее время?

— С 1936 года я с Нарциссовым больше не встречался. Куда он поступил священником, я не знаю.

— Какие разговоры были со стороны Нарциссова при посещении последним вас в июне 1936 года?

— Нарциссов мне говорил, что он после отбытия срока наказания в данное время без места и желает служить где-либо священником.

— Какие конкретно контрреволюционные разговоры состоялись между Нарциссовым и вами?

— Насколько я помню, контрреволюционных разговоров между нами не было.

— Расскажите, кто у вас был в доме 21 июля по случаю церковного праздника Казанская.

— 21 июля помимо моей семьи у меня гостил регент козловской церкви Иван Васильевич Лебедев... Я Лебедева знаю с малолетства.

— Какие вел контрреволюционные разговоры Лебедев у вас в гостях?

— Контрреволюционных разговоров со стороны Лебедева не было. Говорил, что живет и работает в Ленинграде хорошо, купил дочери пианино.

— С какого времени вы знакомы со священником Орловым?

— С Орловым я познакомился в 1935 году, то есть тогда, когда он приехал служить в церковь села Ерзовка. Приехал Орлов из города Калинина. Ко мне он тогда явился как к благочинному. Последующие встречи у нас были в 1936 году несколько раз в селе Козлово у меня на квартире. В том же 1936 году Орлов был назначен благочинным по Ново-Карельскому району, но несмотря на это, у нас встречи продолжались: так, например, в 1937 году мы встречались в селе Козлово у меня раза три. 30 марта приходил на мои именины, 4 июня — по случаю именин моей жены, и 7 июля.

— Расскажите, какие контрреволюционные вопросы ставил перед вами Орлов 30 марта?

— О контрреволюционных разговорах 30 марта со стороны Орлова я не помню. К тому же Орлов приходил ко мне в это время с незнакомым мне псаломщиком из Воздвиженского или Прудово-Михайловского. Фамилии этого псаломщика я не помню. Контрреволюционных разговоров со стороны псаломщика также не было.

— 7 июля какие контрреволюционные вопросы ставил Орлов?

— Контрреволюционных разговоров Орлова в этот день я не помню [2].

Недовольный ответами священника следователь устроил очную ставку о. Алексея с одним из тех, кто согласился подписать лжесвидетельства.

— Изложите следствию, что вам известно о принадлежности к контрреволюционной фашистско-монархической организации обвиняемого Сибирского Алексея Васильевича и о составе этой организации.

Перечислив множество людей и среди других о. Алексея, свидетель добавил:

— Задачей фашистско-монархической организации являлось свержение советской власти и реставрация капитализма при помощи иностранных фашистских государств через интервенцию Советского Союза и вооруженное восстание антисоветских сил из кулацких и бывших элементов и крестьянства, недовольного советским строем.

— Вы обличаетесь, — обратился следователь к о. Алексею, — как участник контрреволюционной фашистско-монархической группировки. Дальнейшее ваше упорство и отрицание бесполезно. Признаете ли вы себя виновным в участии в контрреволюционной фашистско-монархической организации?

— Участником контрреволюционной фашистско-монархической организации и в указанной группировке не был. Виновным себя в этом не признаю. В сборищах контрреволюционной группировки участия не принимал и на них не бывал.

— Обвиняемый Сибирский Алексей Васильевич, — обратился следователь к свидетелю, — отрицает свою принадлежность к контрреволюционной фашистско-монархической организации и участие его в сборищах. Следствие требует детализировать время и место сборищ, на которых присутствовал Сибирский: в присутствии кого это было, являлись ли они участниками данной организации и какие вопросы на этих сборищах обсуждались.

— 21 мая 1937 года по старому стилю сборище участников контрреволюционной фашистско-монархической организации происходило на квартире Сибирского Алексея Васильевича в день именин его жены... — и далее свидетель подтвердил все показания, угодные следствию.

После этого следователь снова обратился к о. Алексею:

— Ваши показания ложны и направлены к тому, чтобы скрыть от следствия свое участие и контрреволюционную деятельность в контрреволюционной фашистско-монархической организации. Показаниями Муравьева вы полностью изобличаетесь во лжи. Следствие настаивает на даче вами правдивых показаний.

— Категорически отрицаю свою принадлежность к контрреволюционной фашистско-монархической организации и участие в сборищах [3].